«Отелло»

Сальвини на вопрос, — откуда он берет страшную силу звука в V действии «Отелло», когда он узнает о невинности задушенной им Дездемоны, спокойно ответил: «Се nest pas moi, qui crie, c’est la publique: j’ouvre seulement la bouche». Действительно, в следующее представление я внимательно, борясь против гипноза великого таланта, следил за физической силой его голосового напряжения: не было в ней ничего сверхъестественного. Но весь его Отелло в этот момент был так велик своим великим горем, так правдив, что действительно самый размер звука казался каким-то звериным ревом, воем урагана по силе. Есть много таких и однородных с этим наблюдений